Против карт » В защиту веры и особенно Православной


В защиту веры и особенно Православной

  • [edit]Редактировать[/edit]
 (голосов: 1)

 

ВЕРА КАК ЕДИНСТВЕННО
ПРОЧНОЕ И ИСТИННОЕ ОСНОВАНИЕ
НАРОДНОЙ НРАВСТВЕННОСТИ

 

Время, которое мы переживаем, принято называть трудным и тяжелым в жизни нашего Отечества. И это справедливо: не только в отношении к внешним экономическим условиям нашего быта, в смысле понижения народного довольства и благополучия, но и главным образом в отношении к внутреннему духовному состоянию нашего общества, в смысле упадка народной нравственности.


Действительно, современные русские люди по своему душевному настроению и нравственному уровню стоят весьма невысоко. Посмотрите вокруг себя, прислушайтесь к тому, что говорят и что пишут. Какими печальными явлениями наполнена наша жизнь! Справедливо можно сказать, что самолюбие есть главнейший и всеобщий порок нашего времени: оно руководит и движет всеми поступками и действиями людей. Каждый желает добра только себе самому; старается жить только для своего блага и счастья. А так как к тому же стремится другой, наш ближний, то людские желания и интересы могут сталкиваться и препятствовать одни другим. В этом – источник недовольства, вражды и неприязни. Печальные проявления злобных наклонностей человеческих особенно часто приходится наблюдать в настоящее время: преступления против личности стали обычными; грабежи, поджоги уже мало кого и волнуют – к ним привыкли... Отсюда, из-за этого угрожающего положения одних и крайнего себялюбия и замкнутости других, и общественная жизнь на Руси становится тяжелой, удручающей.


Вместе с тем расстраиваются в нашем народе основы и семейного его благополучия: любовь между супругами охладевает, святость брака нарушается, все более и более увеличиваются разводы, значение родительской власти колеблется, уважение и подчинение младших старшим ослабевает... Так в семейную жизнь вторгаются разлад, распущенность и безпорядок.


Неудивительно поэтому, что жизнь при таких условиях для многих становится весьма тяжелой; невзгоды и беды житейские подавляют душу, расстраивают ее спокойствие, доводят до болезненного возбуждения и напряжения. В этом нервном и развинченном настроении людей заключается причина ужасного недуга нашего времени – влечения к самоубийству. Как мало ценится жизнь! По каким ничтожным поводам она безжалостно пресекается! Испытал человек неудачу по службе, не сумел скрыть следов какого-либо безчестного поступка, потерпел семейное горе, возмутился какой-либо обидой и несправедливостью... И вот в результате этих душевных потрясений – преждевременная самовольная смерть. О чем говорит это печальное явление? Говорит о крайнем духовном безсилии человека, отчаянии, упадке веры в себя и в других людей...


Где же выход из этого тяжелого положения, нами переживаемого и всеми сознаваемого? Как поднять и улучшить нашу жизнь общественную и семейную? Для этого ничто так не нужно, как воспитание народа в духе христианской нравственности. Центр тяжести в деле благоустройства и упорядочения нашей жизни заключается в душе человека. На нее должно обратить внимание, ее нужно расположить и настроить к добрым поступкам, создать влечение к правде, честности, человеколюбию и другим добродетелям, от которых зависит мир и спокойствие общества. Без этого внутреннего нашего перерождения нельзя ожидать и внешнего порядка и умиротворения. Без этого все реформы в управлении государством не принесут желаемой пользы. Лечить одно тело, когда вместе с ним болит и душа, нельзя. Когда вянет и сохнет зеленое дерево, неразумно было бы заботиться о его ветвях и листьях, не обращая внимания на его корень. Точно так же, когда бедствия ополчаются на нашу жизнь, когда она омрачается тяжелыми пороками и преступлениями, необходимо прежде всего приняться за душу и ее врачевание.


Но как поднять народную нравственность? Чем побудить людей к доброму и благочестивому поведению, какие средства имеют силу к тому, чтобы сдерживать порочную и грехолюбивую человеческую природу?

Быть может, в состоянии это сделать закон человеческий? Конечно, существующие в госуд

 

арстве законы имеют большое влияние на жизнь народа: они определяют права, обязанности и отношения людей друг к другу. И чем мудрее и справедливее законы, тем больше приносят они пользы и тем успешнее содействуют благоустройству нашего быта. Но когда это бывает? Тогда, когда закон честно и точно соблюдается. А это возможно только при условии, если в людях не ослабело нравственное чувство, если не притупилось сознание святости и обязательности закона. В противном случае что тогда будет значить закон? Следовательно, закон – для того чтобы быть благодетельным для народа – предполагает в нем задатки добра и отзывчивость на тот голос правды, который должен отражаться в законодательстве. Но он совершенно безсилен по отношению к людям явно порочным и утратившим в своей душе чувство совести и ответственности за свои действия.


Иногда думают, что многие непорядки в нашей жизни зависят от невежества народа; от того, что он мало развит и мало знает; что следует только поднять образование, и жизнь наша сама собой войдет в правильное русло. Нет! Одно образование не может сделать людей благочестивыми и добродетельными. Оно имеет влияние главным образом на наши умственные способности. А разве в одном уме – сила и спасение? Разве умный и образованный по тому самому есть и лучший человек? Жизнь говорит совершенно другое: образованный и умнейший человек часто бывает порочным и дурным. О том же свидетельствует история древних дохристианских народов: у них процветали науки, искусства, торговля и проч., но в это же время господствовали самые необузданные пороки и преступления, которые и довели их до окончательной гибели.


Правда, может побуждать и располагать человека к добру его собственная совесть. По крайней мере, она не мирится с грехом и своими душевными внутренними терзаниями в состоянии предостеречь нас от нравственных падений. Но когда совесть имеет такую силу противостоять греху? Когда она говорит внутри нас громко и властно? Тогда, когда говорит и действует не сама по себе, а от имени Бога, как Его голос в нашей душе. Но отделите совесть от религиозной основы, порвите связь ее с верой в Бога и в будущее воздаяние, и совесть потеряет всю силу своего влияния; голосу ее не будет повиновения и послушания. Для неверующих и безбожных что она значит? Это, по их мнению, – ложный предрассудок, следствие нашего неправильного воспитания, пустой обличитель, которого нужно заставить молчать. Притом же совесть действует в человеке различно, в зависимости от его душевно-нравственного настроения: в одних людях слабее, в других сильнее.

 

Постоянные грехи могут усыплять и этого невидимого стража в нашей душе, заглушать его голос и делать его нечувствительным. Значит, одна совесть не может улучшить человека и направить его жизнь по пути правды и святости.

Еще менее могут сделать это другие средства, иногда указываемые для поднятия народной нравственности. Говорят: можно побудить человека вести себя хорошо и старательно исполнять свои обязанности любовью к славе и чести от других людей. Но какое это шаткое и слабое основание доброго и безукоризненного поведения! Разве все люди могут стремиться и надеяться приобрести себе славу и почести в обществе?

 

Слава выпадает только на долю некоторых, а добрыми и нравственными должны быть все. Будьте совершенны, как совершен Отец ваш небесный (Мф. 5, 48), – говорит Христос всем людям, а не только избранным. Притом же христианину внушается искать на земле не чести и славы, а служить благу и счастью других из любви к Богу и ближним, безкорыстно, ничесоже чающе (Лк. 6, 35); заповедуются усиленные труды в борьбе с греховными навыками и влечениями, а слава за это обещается не в здешней земной жизни, а в будущей, вечной. И как часто желание славы не только не возвышает и не улучшает человека, а, напротив, портит его! Не любовь ли к славе заставляет людей совершать поступки недостойные и непохвальные? Не заражает ли она человеческого сердца самолюбием, гордостью и высокомерием? Очевидно, указанное побуждение к добродетельной жизни не только не ведет к желаемой цели, а, наоборот, сопровождается вредом и порчей для души.


 

ОБЩЕСТВЕННАЯ ЖИЗНЬ И БЫТ
ЯЗЫЧНИКОВ И ДРЕВНИХ ХРИСТИАН

 

Соблюдали также древние христиане умеренность в пище и простоту в одежде. Язычники в отношении к пище и питию не знали никакой меры и воздержания, предавались обжорству и пьянству. Между тем христиане рассуждали так: «Мы живем не для того, чтобы есть. Пища дана нам для поддержания жизни и сохранения здоровья, а не для удовлетворения разным прихотям желудка обильными и изысканными яствами, пресыщение которыми приводит к расстройству в душе и теле» (Православный собеседник. 1864. Ч. II. С. 21). Поэтому они избегали всяких изысканных яств и довольствовались вкушением самых простых произведений природы. Средством утоления жажды была главным образом вода. Хотя не отвергалось и вино, но оно служило преимущественно для укрепления сил и принималось с некоторыми предосторожностями как относительно количества, так и времени употребления.


В одежде христиане тоже не допускали никакого богатства, роскоши и изысканности. Святые Отцы и Учители Церкви сильно восставали против женской страсти к нарядам. По словам священномученика Киприана, епископа Карфагенского, лучшее средство сохранить красоту тела есть воздержание, т. к. воздержание служит главным условием сохранения здоровья, а красота и есть цвет здоровья. Впрочем, заботясь о простоте и скромности одежды, христиане не одобряли совершенного нерадения о внешнем виде, осуждали небрежность и неряшливость, считали своим долгом соблюдать чистоту и опрятность в одеянии.


Наконец, следует отметить любовь древних христиан к труду. У язычников труд – тяжелый, изнурительный – составлял удел несчастных рабов. Другие же люди, имевшие средства, гнушались всякой работы, проводили время в преступной праздности и разного рода развлечениях и удовольствиях. Христиане, хотя и считали своим главнейшим долгом заботу о благочестии, но не пренебрегали и трудом. Признавали всякое честное и полезное занятие и удалялись только от таких дел, которые были не согласны с требованиями веры, отвлекали от доброго поведения или соединялись с обидами для ближнего. Пример трудолюбия они видели в лице Христа и Его ближайших учеников. Известно, что одни из них были рыбарями, другие занимались деланием палаток, а иные возделывали землю.


Римский Император Домициан спросил двух внуков Иуды, брата Господня по плоти: «Справедливо ли приписывают вам происхождение от Давида?» – «Справедливо», – отвечали они. – «Как велико ваше имущество, какими суммами вы владеете?» – «Наше имущество, – сказали они, – состоит только из 9000 динариев; из него каждому принадлежит половина; но оно не в деньгах, а в цене земли. Обрабатывая землю собственными руками, мы и подати вносим, и сами питаемся». Тут же показали они свои руки и затверделые на руках мозоли – как свидетельство трудов своих (см.: Там же. С. 21).


К труду привыкали христиане с ранних лет. К нему родители приучали детей, чтобы впоследствии они сами могли снискивать честное пропитание и помогать нуждающимся. <…>

Вот какова была жизнь людей, не знавших истинного Бога, и жизнь древних христиан. Какое громадное различие между поведением язычника и истинного христианина! Сравнивая настроение и поступки людей в Христианстве и язычестве, можно подумать, что это как будто существа различной природы и различных сил душевных, что одни как бы созданы и предназначены к добру и благочестию, а другие отданы в жертву греху и пороку. Между тем по природе своей все люди одинаковы, по происхождению все – от Бога. Эту поразительную перемену в мыслях и поступках человечества произвела вера Христова, произвела своим учением и благодатной помощью в доброй, благочестивой жизни.


Прекрасно изображает это перерождение святой Иустин Мученик. «Прежде мы предавались любодейству, – говорит он, – а теперь сохраняем строжайшее целомудрие. Прежде мы занимались искусством магии (волшебством), – а теперь мы совершенно посвятили себя истинному Богу. Прежде были сребролюбивы и всячески старались о прибытке, – теперь у нас все общее, и мы друг от друга получаем все, что нужно для поддержания жизни. Прежде мы ненавидели друг друга, и никто не хотел иметь общение с другим племенем, – а с тех пор, как пришел Христос и изрек суд против тех, кои ненавидят своего ближнего, мы все самым дружеским образом обращаемся друг с другом» (Там же. 1840. Ч. 2. С. 342).


Теперь для нас станет понятным, почему древние христиане так высоко ценили веру Христову, почему дорожили ею больше всего на свете. Они высоко ставили свое христианское звание, видели в нем драгоценнейшее свое отличие и преимущество перед другими людьми. «Как называешься?» – спросил воевода-язычник святого мученика Акакия. – «Вожделенное, – отвечал мученик, – мне и всему моему роду имя, от Христа происходящее: христианин называюсь» (Четьи-Минеи, 7-го мая). «Имя наше – христианин, – говорил святой мученик Кодрат языческому судье Переннию, – звание и благородство – быть рабами Христа.

 

Отечество наше – Небо, где Бог вселит надеющихся на Него» (см.: Филарет, архиеп. Жития святых, чтимых Православною Церковью. СПб., 1892. Март. С. 101). Поэтому они готовы были всем пожертвовать, даже своей жизнью; решались терпеть всевозможные лишения и муки, только бы не потерять веру во Христа и не лишиться тех благ, которые она дает человеку. Чтобы видеть, какова была любовь христиан к своей вере, укажем некоторые примеры страданий их за Христа.

 

ПРИМЕРЫ СТРАДАНИЙ
ЗА ВЕРУ ХРИСТОВУ

 

<…> В Месопотамии, в провинции Низибии, в начале IV века по Р.Х. пользовалась большой славой женская община, основанная преподобной Платонидой. Когда в царствование Императора Диоклетиана в Римском государстве вспыхнуло жестокое гонение на христиан, из этой общины вышли многие исповедницы имени Христова. Особенно мучительные страдания претерпела святая Феврония. Она была представлена на суд Селения, человека весьма жестокого и отличавшегося сильной ненавистью к христианам. Сначала Селений, тронутый красотой Февронии, предлагал ей брак со своим племянником Лизимахом. Но когда святая решительно отказалась от этого предложения, мучитель подверг ее самым ужасным пыткам.

 

Он приказал привязать ее между четырьмя столбами и разложить под ней огонь. И вот в то время, когда огонь жег тело мученицы, палачи осыпали ее градом жестоких ударов, кровь полилась ручьями, тело падало на землю клочками. Зрители казни были поражены такой жестокостью: одни из них теряли сознание, другие громко требовали прекратить зверство. От страшной пытки Феврония казалась мертвой, – мучение ее было остановлено. Но когда она была приведена в чувство водой, жестокий судья спросил: «Удачен ли твой первый бой, Феврония? Как находишь ты его?» – «Ты сам можешь судить, – отвечала страдалица, – жестокость твоя победила ли мою слабость?» – «Повесить ее, – сказал мучитель, – драть бока железными когтями и жечь до костей». Палачи принялись за работу. Тело отделялось вместе с кровью, огонь проникал до внутренностей.

 

Святая сперва говорила: «Спаситель мой! Не покинь меня в страшный час!» Потом страдала молча. Мучитель неоднократно предлагал Февронии отречься от Христа и принести жертву богам. Но т. к. она не соглашалась на это, то он придумывал все новые и новые жестокости: приказывал вырвать язык, зубы, отрезать груди, руки, ноги и, наконец, отрубить голову. Твердость и непреклонность христианской мученицы привели Селения в такой гнев и озлобление, что он, придя домой с места казни, размозжил себе голову о столб (см.: Там же. Апрель. С. 56–57).

Положение христианских мучеников становилось особенно тяжелым, когда к телесным страданиям присоединялись еще и пытки душевные. Исповедникам Христовым приходилось иногда бopoться не только со страхом мучений и смерти, но и с сердечными привязанностями дорогих и близких людей.


Во время казни святого епископа Иринея пришли его родители и умоляли исполнить приказание судьи – принести жертву богам. Дети, обнимая ноги страдальца, говорили: «Пожалей себя и нас, отец!» Тут уговаривала мать, там умоляла жена; все родные и друзья глубоко скорбели и плакали. Но святой мученик был тверд в своей вере во Христа. На все мольбы и увещания родных он отвечал: «Знайте, ни ваша любовь, ни угрозы власти не заставят меня нарушить волю Господа моего». И он до конца остался непреклонным. Когда судья приказал отрубить ему голову и бросить тело в реку, святой мученик произнес: «Благодарю Тебя, Господи Иисусе Христе, дарующего терпение скорбей и участие в Жизни Вечной!» (см.: Там же. Март. С. 206–207).

 

http://www.pkrest.ru/174/174-8.html

 


-----------------------------------------------------------------

          Поддержка сайта Protivkart.org

 Яндекс-деньги 410011074881635

[group=5]
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
[/group]

Комментарии:

Оставить комментарий